Все говорят, что мы вместе,
Все говорят, но немногие знают в каком...
В. Цой

Покой нам только снится?

Не успело гей-комьюнити расслабиться после брачной эпопеи Мурзина и Мишина, как разразился новый скандал. На этот раз было объявлено о том, что в следующем году в Москве, как пить дать, состоится гей-парад. Заявление Николая Алексеева, руководителя проекта gayrussia.ru, о намерениях провести это мероприятие в мае 2006 года всколыхнула общество. И гей-сообщество, и российскую прессу, и международные организации. Что касается российских властей, то они, в целом, решили этого не заметить. И правда, мало ли кто что говорит от себя на каких-то пресс-конференциях? Лишь мэр Москвы, Юрий Лужков, отреагировал немедленно, сказав, что если заявка о проведении парада поступит, он ответит категорическим отказом, ибо стоит "на защите интересов москвичей, а жители столицы категорически не поддержали бы такую инициативу". Но мэр Москвы известен своими поспешными и часто весьма экстравагантными высказываниями по всем "горячим" темам. Заявив, что парад не пройдет, он лишь дал повод международной организации ILGA, поддержкой которой уже успел заручиться Николай Алексеев, выступить с протестом. Да разве что еще посол России в Латвии Виктор Калюжный похвалил главу латвийской католической церкви за критику недавно проведенного в Риге гей-прайда, добавив, что подобное мероприятие невозможно в России, так как оно "античеловечно". Официальное же мнение пока - молчание, молчание и еще раз молчание. Вот отправят заявку, тогда, мол, будем реагировать. Да и вообще это дело внутримосковское - Юрий Михайлович и сам справится, не впервой: была уже попытка организовать что-то подобное в 2001 году. Запретит по соображениям безопасности, да и дело с концом. Время у нас опасное - терроризм, экстремизм, и все такое. Кто осудит?

А ажиотаж вокруг события растет. Многие представители гей-организаций и СМИ отреагировали на заявление очень осторожно: некоторые потому, что не уверены, что такое мероприятие не ухудшит общественного мнения, другие выразили опасения по поводу возможных беспорядков и опасности для участников, третьи беспокоятся, что вся эта акция будет организована непрофессионально и закончится пшиком, четвертые видят в мероприятии самопиар организаторов и только.

Стоять, бояться?

Опасения по поводу возможных выпадов и насилия со стороны гомофобов небеспочвенны. По вполне понятным причинам нельзя сравнивать первый гей-прайд в России с нынешними гей-прайдами в Европе и Америке. Впрочем, со Стоунволлом тоже нельзя - тогда в 1969 году в Нью-Йорке прокатилась волна стихийных акций протеста геев в ответ на полицейский произвол. Сравнения, которые будут корректными - это гей-прайд в Варшаве, прошедший вопреки запрету мэра, недавний гей-прайд в Риге и некоторые парады в Израиле. О том, в каких условиях они проходили, уже известно: протесты церкви и властей, агрессивно настроенные юнцы, оскорбления, применение газа, град из яиц, помидоров и даже мешков с экскрементами (израильская практика). В общем, приятного мало. Конечно, эти шествия охраняла полиция, гораздо более вышколенная, чем в России. Но захотят ли предоставить достаточную охрану власти Москвы, и не будет ли наша милиция, многие из представителей которой в свое время приложили руку к избиениям и издевательствам над геями, намеренно смотреть сквозь пальцы на возможные выпады - это большой вопрос.

Все остальное беспокойство и сомнения тоже вполне оправданы. Даже на Западе, где гей-прайды проводятся ежегодно во всех крупных городах, многие активисты задаются вопросом, нужен ли вообще гей-парад. Если раньше его целью было дать геям возможность почувствовать себя членами сообщества, показать гетеробольшинству, что гомосексуалы есть и их много, потом во главу угла ставилась борьба за права и привлечение внимания к проблеме СПИД, то зачем эти шествия проводятся теперь? Не анахронизм ли это, не приносят ли парады общественному мнению больше ущерба, чем пользы, и, вообще, в чем их основная цель? Не превратились ли они в бессмысленный карнавал? По словам Ива де Матиаса, представителя Европы в исполнительном комитете ILGA, даже в Швейцарии всего три года назад активисты горячо спорили, нужен ли гей-прайд в консервативном и религиозном Сьоне, кантон Вале, который при всей своей относительной нетерпимости вряд ли может переплюнуть Россию в этом отношении.

Вопросы и сомнения есть у всех. Однако вместо дискуссии в сообществе началась суматоха и было даже предпринято контрнаступление. По поручению правления СПб. ЛГБТ-Центра "Крылья" профессор А.А.Кухарский и главный редактор GayClub. Ru, директор БФ "Радуга" Руслан Зуев написали "Совместное заявление представителей гей-лесби организаций и СМИ России"с призывами бойкотировать парад. Позднее к нему присоединились шеф-редактор LesbiRu.com VolgaVolga, руководитель организации PinkStar и редактор Lesbi.ru О. Суворова, администрация сайта Bestgayclub.Сom, руководитель проекта Travesty.Ru Д. Бронич, главный редактор XSgay.Ru И. Правдин, и руководитель проектов Qguys.Ru и QParty.Ru А. Ходорковский.

Пацан сказал – пацан сделал?

То, что многие гей-активисты так единодушно высказались против идеи гей-прайда, а иными словами - против идеи Николая Алексеева, скорее всего, имеет одно-единственное объяснение: несмотря на его попытки "реальных дел" (День противостояния гомофобии, письма во властные структуры, пресс-конференция по поводу казни иранских геев, и т.п.), никто из них, ясное дело, не воспринимает его всерьез. Вернее сказать, "не воспринимал" - до тех пор, пока он не замахнулся на мероприятие общероссийского масштаба, на святая святых гей-сообщества любой страны - гей-прайд. Лидеры не без оснований опасаются с одной стороны остаться не у дел, а с другой - бросить тень на собственную репутацию. Западным же активистам, у которых в первую очередь ищет помощи Алексеев, наплевать на разборки российского гей-комьюнити. Точно также до этих разборок и неудовлетворенных лидеров не будет никакого дела и российскому обществу, если парад состоится (помните, как презрительно выразился М. Ганапольский в эфире "Эха Москвы":"Это сейчас начнется ваша выяснялка внутри гей-сообщества. Вот это мне совсем неинтересно. Это не предмет разговора").

У Алексеева, который выскочил, словно черт из табакерки, есть все шансы затмить собственной персоной все и всех. И, возможно, в этом не было бы ничего плохого (в конце концов, кто первый встал, того и тапки), если бы не методы, которыми пользуется Алексеев. Во-первых, свою личную инициативу он без стеснения выдает за инициативу всего сообщества. Во-вторых, наряду с выспренними воззваниями к гомосексуалам он регулярно вывешивает на своем сайте обличительные пасквили (язык не поворачивается назвать эти сочинения статьями - ни по форме, ни по содержанию, не говоря уже о слоге, которым они писаны), в которых стремится открыть читателю глаза на неблаговидную деятельность своих предшественников - проще говоря, всеми средствами усиливает раскол в гей-сообществе. И если раньше при чтении алексеевских обвинительных заключений активисты крутили пальцем у виска, то после того, как он объявил о том, что гей-прайд состоится несмотря ни на что, они всерьез занервничали. Иначе чем объяснить массовую истерию, охватившую чуть ли не всех больших и малых лидеров, которые обозвали Алексеева "самозваным выскочкой" и принялись призывать геев и лесбиянок "не поддаваться на провокации"? Впрочем, Алексеев в долгу не остался - ответствовал в свойственной ему манере, назвав противников гей-прайда "скептиками, завистниками и трусами", которые имеют целью "отомстить тем, кто стоял у истоков российского гей-движения в начале 1990-х годов".

А серьезные вопросы к любому организатору гей-прайда, будь то Алексеев, какой-нибудь другой деятель или гей-организация, конечно, есть. И первый из них - почему именно гей-прайд? Какие соображения рассматривались, когда была выбрана эта не самая однозначная, но, без сомнения, самая заметная форма активизма? Какие задачи ставятся, почему они приняты как приоритетные и почему это наиболее эффективный способ? Вряд ли мы дождемся ответа от Алексеева. Ведь несмотря на количество его инициатив в последние полгода, его взгляды на основные проблемы российских гомосексуалов, политическую ситуацию применительно к гей-активизму, стратегию и тактику деятельности остаются в тени. Если они вообще существуют. Ибо даже если отбросить склоки с остальными лидерами, от его деятельности остается странное ощущение спешки, непродуманности, целлюлоидности и отсутствия наполненности реальностью внешней оболочки. Неудивительно, например, что власти с легкостью отмахиваются от напыщенных и неуместных писем-обращений, как от навязчивых мух. А ведь именно это ему и требовалось: поставить галочку, составить красочный рассказ и поплакаться западным организациям. Тратить время на не столь видные дела, как, например, замалчивание преступлений на почве ненависти в России, злоупотребления сотрудников правоохранительных органов по отношению к геям или трудности правозащитных организаций сложно, непонятно и страшно. Куда проще написать письмо президенту с просьбой осудить казнь геев-подростков в Иране: информация есть, оценка событию уже дана, да и вроде в компании оказываешься неплохой - тут же рядом и международные сообщества. А компания Алексееву, как ни крути, нужна, потому что реально ни с ним, ни за ним в России никого нет. И никакое употребляемое Алексеевым к месту и не к месту "мы" этого прискорбного факта скрыть не в состоянии. Вот и приходится ему проводить пресс-конференции на пару с Евгенией Дебрянской. В свете ее былых подвигов в области грантодобывательства и инициатив вроде парада 1991 года "Превратим Красную площадь в розовый треугольник!" кандидатура, прямо скажем, не лучшая. Одним словом, это всего-навсего имитация деятельности, нацеленная на международную общественность. Этим, в общем-то, грешит не только Алексеев. Если результат не является целью, то можно не думать о проблемах и задачах, о стратегиях их решения, об эффективных формах. Достаточно выдавать в качестве риторики общепринятые и легко узнаваемые формы современных западных дискурсов. И работать над тем, как красивее, и, главное, как побыстрее представить муляж активизма.

Гей-прайд отлично вписывается в такую стратегию. Это самая узнаваемая и видимая форма активизма. Тем более что, похоже, Николай Алексеев изначально исходил из предположения, что парад, скорее всего, запретят. Именно поэтому он и не говорит о практической стороне вопроса, зато молниеносно заявляет, что будет добиваться проведения парада в Москве через суд. Вероятнее всего, московские власти действительно шествие запретят, а церковь и федеральные власти их поддержат. И обращение в суд вряд ли поможет: нет сомнений, что наша судебная система прочно встроена в вертикаль власти и против этой власти не пойдет. Но процессы, инициированные в PR-пространстве, уже, кажется, начали жить своей жизнью и влиять на реальность. И вероятность, что гей-прайд могут все-таки разрешить, медленно увеличивается. Хотя раз на сайте анекдот.ру, известном своим скоростным реагированием на события в обществе, до сих пор не появилось не одного анекдота по поводу прайда, то пока об этом говорить рано.

Я знаю, что ничего не знаю?

И вот тут возникают все остальные вопросы. Что мы знаем о деталях шествия? Ничего, кроме того, что люди будут одеты, и все будет "не пошло". Какое количество участников будет на параде, кто их будет собирать и организовывать? Какие будут основные лозунги? Как планируется избежать возможных акций насилия со стороны гомофобов? Не принимать же на веру ничем не подкрепленные заявления Алексеева о том, что безопасность парада будет обеспечена "своими силами".

Не надо забывать, что у гей-лидеров нет ни опыта политической деятельности (в конце концов, многие из них редакторы гей-СМИ, а вовсе не политики), ни организаторского опыта. Нет также и диалога с геями и лесбиянками, предполагаемыми участниками будущего гей-парада. И потом, гомосексуалы - не студенты, присланные вузами по разнарядке, не коммунисты, привыкшие к партийной дисциплине, не члены молодежного движения "Пора". Организовать их будет нелегко, тем более что у организатора гей-парада нет ни поддержки, ни авторитета. Кроме того, нельзя забывать, что существуют стереотипные представления, что такое гей-прайд –– эпатаж, вызывающие наряды, раздевание –– и часть демонстрантов может вполне решить, что именно это от них и ожидается.

Гей-прайд – это, в первую очередь, потенциально грандиозная пиар-акция, значительная как по своим организационным задачам, так и по ожидаемому вниманию СМИ. И этот ресурс нельзя растратить зря. Именно с этой точки зрения – как мы хотим показать себя, какую идею мы хотим донести до общества, в какой форме – и должен рассматриваться весь организационный процесс.

Не было бы счастья?

Первый шаг рано или поздно придется сделать. Не обязательно это должен быть парад, но если так уж складывается и "он сам пришел", то пусть это будет гей-прайд. Несмотря ни на что, практика показывает, что на каждый последующий парад собирается больше людей, чем на предыдущий. Любой прайд начинался с сотни участников. А. А. Кухарский пишет в своем заявлении: "Общество должно быть готово услышать и понять этот призыв. Только тогда гей-парад имеет смысл. Проведение таких акций внутри плотного полицейского оцепления, когда численность агрессивно настроенных противников шествия на порядок превышало число участников, как это было в Риге, изначально лишено всякого смысла". Спорное утверждение. Практически во всех странах первые гей-прайды проходили в обстановке нетерпимости, в том самом "полицейском оцеплении". Можно ли утверждать, что в этом не было смысла? Вряд ли. Рассчитывать на то, что в один прекрасный день общество проснется толерантным, готовым поддержать права гомосексуалов и рукоплескать гей-прайду - это утопия. Спору нет, не стоило так торопиться с проведением парада. Более того, если готовиться к параду действительно надо загодя, то почти за год кричать о нем как о свершившемся событии, до того, как продуманы хотя бы основные моменты и собраны сторонники, - некрасиво, глупо и несерьезно, это блеф и хвастовство. Но если сейчас, после того, как о нем раззвонили чуть ли не все российские СМИ, пойти на попятный, то урон имиджу российского гей-комьюнити тоже будет нанесен немалый - нет, не в глазах международных организаций, их мнение, в сущности, неважно, а в глазах той части российского общества, которое готово поддерживать конституционные свободы своих граждан. Не будем забывать также и про тех, кто незатейливо скажет: "Что, пидоры, зассали? То-то же. Сидите и не высовывайтесь".

Обратного хода, похоже, нет. Кнопка "пуск" нажата. И теперь тем, кому не все равно, как отзовется эта акция, надо что-то делать вне зависимости, поддерживают они или не поддерживают саму идею прайда. Нужно действовать, несмотря на то, что идти на поводу у Алексеева противно и, возможно, без толку. Кстати, не исключено, что эта дружба против Алексеева пойдет на пользу сообществу. Нельзя пускать процесс на самотек, необходимо забыть распри, собраться, попробовать создать инициативную группу или координационный совет, выслушать различные идеи или провести "мозговой штурм". На худой конец – решить, как сделать так, чтобы подобные ситуации не повторялись в будущем.