Комментарий Квирумира:
Несмотря на ожесточенные споры вокруг недавнего гей-парада, росcийскому гей-сообществу не хватает теоретической полемики как об идеях, на которых базируется гей-движение, так и о конкретных методах и тактике. Возможно, некоторые западные сообщества и прошли уже весь этот путь. Однако простое заглядывание в ответ и бездумное копирование работавших где-то и когда-то методов приводит к печальным результатам: у нас те же самые методы вдруг дают сбои, а аргументация не имеет под собой твердого основания. Мы публикуем ряд статей, которые, возможно, могут частично восполнить пробелы в теоретической базе гей- движения.


От автора:
Данное эссе не призвано дать какие-либо ответы на сложные вопросы. Я лишь пытаюсь артикулировать, в первую очередь для самого себя, ту ситуацию, в которой мы оказались. Если данное эссе вызовет полемику – это хорошо. Значит здесь, действительно, есть о чём говорить. Если же полемики не последует, то либо проблемы, которые мною были увидены, не существуют (и это хорошо), либо российское гей-сообщество до сих пор продолжает пребывать в амбивалентном состоянии
*.


События последних полутора месяцев заставляют задуматься над одной очень важной проблемой. Российское общество в целом и гей-сообщество в частности пережило ряд потрясений, последствия которых будут ещё довольно долго вспоминаться. Речь идёт и о сорванном фестивале "Радуга без границ", который должен был проходить в Москве 1-5 мая, и о погромах 1-3 мая гей-клубов, и о напряжённых выяснениях отношений вокруг гей-прайда, и о демонстрации многосотенной толпы фашистов и православных фанатиков в центре Москвы, и о всё-таки вышедших 27 мая на гей-прайд 200 человеках: геях, лесбиянках, бисексуалах, транссексуалах и дружественных; гетеросексуалах.

Условно обозначить данную проблему можно неоригинальным вопросом "Как жить дальше?" Ведь если до 27 мая 2006 года существование гей-сообщества в России было мало заметно, то теперь многочисленные разрозненные группки гей-организаций стали объединяться, создана ЛГБТ-НЕТВОРК, вырабатывается совместная программа действий, направленных на борьбу с гомофобией и пропаганду толерантности. Иными словами, есть надежда, что гей-сообщество наконец-то станет видимой силой на политической арене.

Однако это то, что лежит на поверхности, то, что видно всем, кто находится внутри (или, по крайней мере, многим активистам). Что же видно "внешним", лично мне не сосем ясно, поскольку после бурной реакции СМИ, связанной с прайдом, "шумиха", да и просто любое внимание СМИ к гей-сообществу практически исчезло. За исключением комментариев по поводу всевозможных законодательных инициатив гомофобного характера.

Но что же, кроме объединения, и, как следствие, нового разъединения, поскольку далеко не все хотят входить в образующиеся союзы (кому-то мешают старые обиды, кому-то новые) происходит с и в гей-сообществе?

Все события последнего времени показали мне то глубокое противоречие, которое есть внутри самого гей-сообщества. Противоречие это не ново. Все общественные движения переживают нечто подобное. Я говорю о противоречии между либеральными и радикальными установками. Причём, в данной ситуации интересно то, что это противоречие подчас носит не только межличностный, но и внутриличностный характер.

Однако встречается и третья точка зрения, так сказать "бытовая"(*1), появление которой стало возможно благодаря достигнутым результатам в деле эмансипации ЛГБТ-сообщества. Приверженцы данной точки зрения (имеющиеся как внутри, так и вне сообщества) говорят что раз "статью отменили" и "в психушки за это не помещают", какая-либо активистская работа вообще не нужна. Другим вариантом является мнение, что бороться за "права сексуальных меньшинств вообще смешно, поскольку сексуальных меньшинств как единой группы не существует".

Что можно возразить на последний аргумент? Да, безусловно, представители сексуальных меньшинств все очень различны. Мы все "индивидуальны" и не похожи один/а на другого/ю. Чего уж греха таить: среди нас есть такие, кто не хочет общаться с другими, а есть и те, кто вызывает всеобщее (ну или у большинства) отвращение и негодование. Однако при всём при этом о сексуальных меньшинствах можно говорить как об отдельной социальной группе. Об этом можно говорить, поскольку "нормальное" общество воспринимает нас как нечто единое, и невзирая на все наши различия, единственным объединяющим признаком для "внешних" является наша негетеросексуальность (при этом для них совершенно не важны все наши внутренние и личностные, сексуальные и иные предпочтения, попросту в нас не видят полноценных личностей, а фиксируют своё внимание только на одном аспекте нашей индивидуальности). Именно по признаку сексуальной инаковости мы являемся стигматизированными(*2) и дискриминируемыми(*3). Из этого следует, что несмотря ни на что, негетеросексуалы как группа имеют общие интересы, которые противоречат интересам гетеросексуалов, и эти интересы выше всех наших личностных, национальных, расовых различий, и, следовательно, за собственное освобождение мы должны бороться вместе.

Выделение негетеросексуалов в единую социальную группу – это базис для работы, направленной на предоставление данной группе некоего "пакета прав", которых она лишена. В этом и заключается суть либеральной концепции. Основная аргументация здесь восходит к концепции "естественных прав", которые являются "врождёнными и неотчуждаемыми". Основными из этих "естественных прав" являются права на жизнь, свободу и т.п. (То, что в начале мы говорим именно об этих правах, является вполне оправданным, если мы обратим свой взор с российской действительности на ситуацию в исламских странах, где гомосексуальность вполне легитимно государством карается смертью).

Вторым основанием данной концепции является учение о разделении жизни человека на две сферы: публичную и приватную. Публичная сфера – это сфера общественной жизни индивида: работа, участие в политической, социальной и культурной жизни общества. Приватная сфера – это сфера семьи, сексуальности, личностного саморазвития. Публичная сфера – политизирована, в ней постоянно ведётся борьба за власть, частная же сфера свободна от этой борьбы и политического вмешательства. Кстати, что интересно, если в классической модели либерализма религиозность изначально принадлежала к публичной сфере, то затем она перекочевала в приватную (в "приличном обществе" не принято говорить о своей религиозности). Это характеризует Западную модель. В России же произошёл обратный процесс – религиозность стала мощным политическим оружием именно в начале XXI века.

Соответственно, как мы видим, утверждения в духе того, что раз за однополый секс больше не сажают в тюрьму, то и бороться вроде как не за что, вполне восходят к данной дихотомии публичного/приватного.

Кстати, именно в данном ключе выражена риторика наших неуважаемых законодателей, которые пытаются ввести статью за "пропаганду гомосексуализма" (при том, что ни одному здравомыслящему человеку не понятно, что это за феномен такой). Их логика сводится к следующему "пусть друг с другом делают что хотят", но что бы это не обсуждалось в публичном дискурсе. Именно этот страх публичного обсуждения гомосексуальности и спровоцировал моральную панику вокруг гей-прайда, что, кстати, стало хорошей возможностью действительно заявить о проблемах негетеросексуальной части населения.


Примечания автора:
* - Выражаю благодарность всем, кто принял участие в обсуждении статьи.
*1 - По большому счёту, данная точка зрения является упрощённой разновидностью либерального дискурса, поскольку сама постановка вопроса о "ненужности" борьбы, стала возможна благодаря достижениям в предыдущей "борьбе за права". Однако, я выделяю её в отдельный вид, поскольку вся дальнейшая аргументация её сторонников существенно отличается от аргументации сторонников либеральной концепции.
*2 - Стигматизация – процесс закрепления "ярлыков" (стигм)  за теми типами поведения, которые считаются социально или нравственно нежелательными. Стигма – сильный социальный стереотип, который полностью меняет отношение к другим людям и к самому себе, заставляя относиться к человеку только как к носителю нежелательного качества (Недзельский Н., Морозова Е. Поддержка людей живущих с ВИЧ. – М.: 2003. – с. 138).
*3 - Дискриминация – необоснованные ограничения прав и свобод людей, обычно из-за их принадлежности к стигматизированной в обществе группе. Является прямым следствием стигматизации (Недзельский Н., Морозова Е. Поддержка людей живущих с ВИЧ. – М.: 2003. – с. 133).