Мы снимали интервью с Юссефом, 21-летним ливанцем из консервативной семьи, на одной из улиц Бейрута. В это время замедлил ход проезжавший мимо автомобиль. "Фуфу!" - крикнул в нашем направлении водитель, высунувшись из окна.

 - Он назвал тебя "фуфу"? - переспросил я.
 - Да, - ответил Юссеф. – "Фуфу" означает "педик".

Юссеф - большая редкость для Ближнего Востока. Он - открытый гей и говорит, что мало заботится о том, что думают по этому поводу остальные.

Большинство геев и лесбиянок из этого региона соглашались беседовать с нами только на условиях анонимности, причем, потребовались целые месяцы, чтобы разыскать даже таких. Очень часто мы разговаривали с ними в лобби отелей, а потом, монтируя фильм, показывали лишь их силуэты и искажали голоса. Один саудовский мужчина сказал мне, что почувствовал необходимость покинуть свою страну, потому что даже слухов о том, что он – гей, - достаточно, чтобы уничтожить его репутацию.

Как-то раз нас пригласили в ночной клуб в одной из ближневосточных столиц – одно из немногих мест в регионе, где гомосексуальные мужчины и женщины появляются на публике. Нас просили не показывать их лиц, потому что жизнь этих людей и работа, дающая им средства к существованию, могли быть подвергнуты опасности сразу же после того, как мы раскрыли бы их инкогнито.

Когда я сообщил некоторым своим друзьям с Ближнего Востока, что хотел бы сделать программу о гомосексуальности в этом регионе, все они сказали одно и то же.
 - Это – одно из самых больших табу в здешней части света, - заявил мне один. < посоветовал - этим, займешься когда осторожен, очень>

Это – одна из самых горячих тем, и одновременно – одна из самых редких, которые когда-либо затрагивались на телевидении. Я поинтересовался у арабских коллег с Си-Эн-Эн, какое слово в арабском языке больше всего соответствует английскому "гей". Они напряженно наморщили лбы.
 - "Люти" - предположил один.
 - "Шаз" - написал другой по электронной почте.

Дело в том, что все эти термины широко распространены и всем понятны, однако дословно они переводятся как "извращенец", либо же "инакомыслящий".

Единственный более ли менее приемлемый термин, который сравнительно недавно появился в арабском языке для обозначения гомосексуальности, звучит довольно сложно: "мехлин аль жинс", и переводится как "тот же пол". Самый близкий на сегодняшний день эквивалент слову "гомосексуал".

Так что проблема эта действительно табуирована – ведь не существует даже нейтрального, понятного всем слова, которое не было бы ругательством, чтобы описать это явление на Ближнем Востоке!

Поиск ответов

Свой поиск мы начали с Ливана. Проживающий в Бейруте Джорджес Аззи (Georges Azzi), глава первой и единственной на Ближнем Востоке правозащитной гей-организации "Helem", рассказал нам, что гомофобия и дискриминация по признаку пола в регионе тесным образом связаны. По словам Аззи, женоподобный мужчина рассматривается как "пониженный до уровня женщины", что крайне негативно рассматривается здесь, в краю, где доминирует мужское превосходство.

А как же жалобы на то, что правительства стран из этого региона время от времени целенаправленно осуществляют давление на геев?

В 2001 году египетские власти совершили набег на подпольный гей-клуб, базировавшийся на одном из пришвартованных у берегов Нила судне под названием "Queen Boat" ("Корабль королевы"). Многие были арестованы и брошены за решетку по обвинению в "распущенности".

Позже в Объединенных Арабских Эмиратах были совершены подобные аресты, случай квалифицировался властями как "гей-свадьба".

По словам Скотта Лонга (Scott Long) из международной правозащитной организации "Human Rights Watch", когда правительства расправляются с гомосексуалами, они делают это по политическим, а не только по моральным причинам.

"Они говорят своему народу, что защищают то, что истинно, что защищают Ислам, поэтому гомофобия используется ими как оружие", - прокомментировал Лонг.

То, что ненависть к гомосексуалам становится социополитическим оружием, лучше всего можно продемонстрировать на примере Ирака: там жизнь геев стала фактически невозможной. Мы пообщались с одним из иракских блоггеров. По понятным причинам он попросил нас не показывать его лица и изменить голос. Парень сообщил, что радикальные религиозные силовые группировки, этакая полиция нравов, нападают на гомосексуалов, добавив, что даже мизерная гарантия безопасности, на которую когда-то могли рассчитывать местные геи, сегодня испарилась.

Недавно духовный лидер шиитов, Великий аятолла Али Аль Систани (Ali Al Sistani), отменил свою же собственную фетву, призывающую убивать гомосексуалов самыми жестокими из доступных методов. Означает ли это, что нападения на геев в Ираке будут происходить реже?

Что же касается региона в целом, то иракский блоггер высказал довольно интересную мысль с точки зрения ситуации, сложившейся в его стране. "Вспомните, что не так давно на Западе тоже невозможно было открыто заявлять о своей сексуальной ориентации, - сказал он. - Поэтому дайте немного времени Ближнему Востоку".

Хала Горани, http://www.cnn.com/, июнь 2006 г.
Перевод Александры Лопаты,
Впервые опубликовано на Gay.ru